памятные даты

 

Радостные дни в жизни Молчанской Софрониевой пустыни.

 

Невыразимо радостные и торжественные дни с 18-го по 22 августа пережиты скромною и тихою по жизни иноков, но богатою древностью своего существования (с ХІІІвека) обителью Молчанской Софрониевой пустыни, находящейся в Путивльском уезде, Курской губернии. Тихо течет жизнь иноков Софрониевой пустыни. Самое расположение обители среди большого векового леса, величие ея святынь – явленной и чудотворной икон Божией Матери, строгое исполнение монашеского устава заставляют не только постоянных обитателей пустыни – иноков, но и временных ея посетителей – богомольцев, забыть мир со его временными чувственными удовольствиями, наслаждениями и житейскими заботами о теле и отдаться мыслям о будущей жизни и заботам о приобретении вечных благ не небе, побуждают оставить землю и вознестись мыслями горе, к небу, пренебречь временным и искать вечнаго. Точное исполнение древняго Афонскаго устава, продолжительныя богослужения, внятное и выразительное чтение, западающее в душу человека, стройное пение вызывают в душах богомольцев особое чувство горячей молитвы к Богу. И сколько верующих ищут себе в этой обители облегчения от суеты мирской, утешения в скорбях, врачевания недугов душевных и телесных, истекающих от чудотворных икон Божией Матери. Постоянно можно встретить в сей пустыни богомольцев, приходящих не только из ближайших городов и селений, но и дальних окраин православнаго нашего отечества. Особенно многолюдно бывает в великие праздники и посты.

Как в обители древней, не мало можно найти в Софрониевой пустыни и достопримечательных древностей, между которыми сияют чудотворныя иконы Богоматери – Молчанская и Иверская. Праздник в честь первой иконы (18 сентября) совершается в обители с особенным торжеством; на всенощном бдении бывает крестный ход, с преднесением святыя иконы и других святынь, вокруг храма и монастырскаго двора; братия – монашествующая и священнослужители идут с зажженными свечами, а по шестой песни канона среди церкви читается Акафист Божией Матери с особенным умилением и благоговением; всенощная продолжается более пяти часов. Торжественно совершаются и праздники в честь Иверской иконы Богоматери. Эта икона принесена в дар Сумским атаманом Лукьяном Кондратьевым в 1710 году. Ученые найдут в монастырской библиотеке древния рукописи. Верующие богомольцы преклоняются пред трудами первых подвижников монастыря, ископавших пещеры, число которых в настоящее время увеличилось; стены их обложены кирпичом и устроена в них церковь во имя Рождества Христова. Вообще же в тихой Софрониевой пустыни скромна внешняя обстановка монастырских зданий. Но, как о достопримечательности последняго времени, нельзя не упомянуть о тысячепудовом колоколе. Этот колокол, с одной стороны, составляет богатое приобретение пустыни, с другой, — служит и будет служить потомкам памятью о великом пастыре церкви православной, об отце Иоанне Сергиеве.

В какой стране не известно имя высокочтимаго Кронштадтскаго пастыря? Кто не благоговеет пред сим богоугодным молитвенником церкви русской за страждущее человечество? Кто не благословляет сего любвеобильнаго отца и благодетеля беднях, утешителя скорбящих? В честь и память сего столпа и светила церкви православной, братия Софрониевой пустыни решила приобрести редкий по весу – тысячепудовый колокол. Желание братии были принято о. Иоанном сочувственно. Преподав свое благословение на это начинание, высокочтимый о. Иоанн первый внес и свою щедрую жертву на него. Сочувствие и благословение батюшки служило залогом успехов в исполнении задуманного дела. Послушник Софрониевой пустыни Иван Иванович Новиков, высоко почитающий о. Иоанна, изъявил желание потрудиться для добраго дела во славу Божию и имени чтимаго всей православной Россией Кронштадтскаго пастыря. С Божией помощью и с благословения о. Иоанна скоро нашлись жертвователи и явилась возможность осуществить задуманное дело трудами добраго сотрудника; колокол был заказан на заводе почетных граждан братьев Самгиных. Сам о. Иоанн явился преподать благословение и освятить начало работ; сам же освятил отделанный колокол, 3-го марта 1899 года, и первый сделал несколько ударов в него, изъявив при этом желание посетить Софрониеву пустынь и на месте послушать звуки сего благовестника. Вот еще с какого времени в душах скромных иноков Софрониевой пустыни лелеялась мысль и горело желание видеть у себя своего молитвенника и благодетеля!

Прошло более двух лет после сего, и для обители блеснула надежда видеть у себя дорогого гостя. «Дай Бог нам видеться лицом к лицу», — такую надпись читаем мы на портрете о. Иоанна, присланном вновь назначенному настоятелю пустыни, игумену о. Павлину, испрашившему у батюшки для себя благословения и наставления. Наконец, настало время, когда обитель получила возможность оказать достойную честь батюшке – благодарить своего благодетеля. Большое стечение богомольцев было во время Успенскаго поста в настоящем году. Но вот прошел пост; тысячи богомольцев, удостоившихся в эти дни отговеть в Софрониевой пустыни, возвращались домой, унося с собою, — как эхо, разнесшееся среди густых лесов, — слух о скором посещении Молчанской пустыни великим молитвенником церкви православной, утешителем скорбящих, врачом страждущих, имя котораго чтится не одними христианами, но и иноверцами, — Кронштадтским пастырем, протоиереем о. Иоанном Сергиевым, отбывшим 17 августа в Херсонскую губернию, в имение П.Н. Эрдели. Эхо это скоро разнеслось по городам и весям, не только окружающим пустынь, но и далеко отстоящим от нея. И снова дорога в Софрониеву пустынь усеяна жаждущими видеть дорогого пастыря, принять его благословение, услышать душеполезное наставление, получить по его молитвам врачевание.

Настало утро 20-го августа. Собрание богомольцев настолько было велико, что три корпуса монастырской гостиницы не могли вместить и десятой части явившихся для встречи дорогого батюшки. Дул холодный ветер, постепенно то нагонявший, то уносивший дождевый тучи. Между богомольцами немало матерей с грудными детьми, больных и стариков. Тихо, как бы из боязни нарушить покой обители, с особым благоговением произносилось имя великаго Кронштадтскаго пастыря. Одни молили Бога, чтобы Господь удостоил их принять благословение батюшки, другие, с душою, полною христианскаго смирения, жаждали хотя бы только взглянуть на лицо его. «Когда приедет? Откуда будет? Долго ли останется?» — вот вопросы, ответов на которые никто определенно дать не мог. Настал, наконец, давно желанный и радостный момент. В час пополуночи под 21-е число была получена телеграмма о времени приезда о. Иоанна. Вся братия обители готовилась к приему батюшки постом. Настоятель пустыни, о. Павлин, выехал для встречи дорогого гостя на станцию «Путивль», Московско-Киево-Воронежской железной дороги.

Проснулись богомольцы для молитвы. Быстро разнеслась весть о времени приезда о. Иоанна и, крестясь с глубокою верою в силу молитвы Кронштадтскаго пастыря, везде произносились истекавшия из глубины души слова: «Слава Богу».

Среди богомольцев виднелись тяжко больные; одни из них ползли по земле, другие лежали, издавая неистовый крик, будучи лишены здравого смысла, некоторых носили на руках. Слышались страдальческие стоны искавшись помощи как возле купели Силоамской. Погода, дождливая подряд в течение нескольких дней, изменилась к лучшему; солнце светило приветливее; к вечеру небо совершенно очистилось от дождевых туч. Отрадно становилось на душе при приближении великаго молитвенника церкви православной. Массы народа, с каждым часом увеличивавшияся, сначала разсеянныя по разным местам обители, к шести часам вечера стали собираться на дорогу, ведущую к главным воротам монастыря, называемым «святыми». Другие окружили Успенскую церковь, в которой собралась монастырская братия. Часы на монастырской колокольне пробили восемь, и раздался первый удар сильнаго и приятнаго по звуку тысячепудоваго колокола. Этот могучий благовестник возвестил далеко на несколько верст о приближении о. Иоанна, с благословением и помощью котораго он приобретен. Священнослужители, во главе с о. благочинным монастырей Путивльского уезда, архимандритом Маврикием, в облачениях, с горящими свечами в руках, предшествуемые иконою преподобнаго Иоанна Рыльскаго святаго подвижника, покровителя и тезоименитаго о. Иоанну, с нарочно приобретенными старанием послушника Софрониевой пустыни Ивана Новикова крестами, хоругвями и фонарями, сопровождаемые всею монастырскою братиею, с горящим в руках свечами, и массою народа, вышли из монастыря и остановились недалеко от «святых» монастырских ворот.

Ветер стих. Стало тепло. На чистом небе светила луна. С замиранием сердца, чинно и в благоговении стоял народ. В душе испытывалось то великое чувство, которое переживает христианин в ночь великаго дня Пасхи в ожидании перваго удара колокола. «Едет», — раздался голос в народе и богомольцы осенили себя крестным знамением…

Бойко въехал в средину народа фаэтон, и раздался приветливый голос о. Иоанна: «мир вам». Облачившись в епитрахиль, о. Иоанн, предшествуемый крестным ходом, при торжественном трезвоне колоколов, направился прямо в Успенский храм.

С великим трудом вошел крестный ход в храм и начался краткий молебен, после котораго о. Иоанн осенил народ крестом и в краткой речи со смирением благодарил за оказанную ему великую честь, — торжественную встречу и радушие, и высказал свои молитвенные благопожелания всем получить вечныя блага в будущей жизни, а обители процветать и сиять подвигами благочестивой жизни ея насельников. Утомленный продолжительным путешествием о. Иоанн решил отложить служение утрени до утра. Тайным для народа выходом из алтаря о. Иоанн вышел из храма и отправился в настоятельские покои. Народ собрался пред балконом настоятельскаго корпуса и оставался там в течение нескольких часов, и только после долгих убеждений, вышел из монастыря в гостиный двор и на прилегающую к монастырю площадь.

Была полночь. Луна продолжала ярко светить. Было время покоя и отдыха. Но не все предались сну. Весьма многие ходили по двору, делились впечатлениями встречи батюшки и мечтали о завтрашнем дне. Не спал еще и о. Иоанн, отдавшийся в своих покоях молитвенному приготовлению к служению Божественной литургии. Не спалось богомольцам. Утренняя заря весьма многих застала бодрствующими в ожидании открытия монастырских ворот.

Было четыре часа утра. Монастырская ограда наполнилась народом; одни ходили в ограде, другие поспешили пойти в храм, чтобы выслушать молитвенное правило к Св. Причащению, а некоторые сидели возле дверей храма, стараясь раньше пробраться в церковь, где должна совершаться литургия.

В 7 часов начался звон к утреннему богослужению. Храм наполнился молящимися, но целыя тысячи остались вне храма. Непосредственно после утрени совершена была литургия о. Иоанном, в сослужении двух архимандритов, четырех игуменов, двадцати одного иеромонаха, трех священников – из губерний: Курской, Харьковской и Полтавской – и семи иеродиаконов.

Торжественно бывает богослужение, совершаемое целым сонмом священнослужителей. Но величие и святость богослужения литургии особенно увеличилась тою силою молитвы, с какою совершалась литургия о. Иоанном. Каждое его слово, возглас, всякое движение – прямо говорили о близком общении души совершителя св. Таин с Богом. Невольно забывается мир, душа молящагося обращается к Богу, молишься и не чувствуешь ни продолжительности богослужения, ни усталости, — невольно приходит на память вся твоя жизнь, льются горькие слезы раскаяния и благодарности Богу за являемыя нам милости Божия и особенно великое милосердие и любовь Божию, явленныя в искуплении греховнаго человечества крестными страданиями Сына Божия.

Очистившись накануне от грехов таинством Покаяния, молящиеся с особым чувством ожидали удостоиться Св. Причащения. Но, прежде чем приобщать народ, о. Иоанн произнес глубоконазидательное, прочувствованное поучение о значении пришествия на землю Сына Божия, вообще, и установленнаго Иисусом Христом таинства Св. Причащения, в частности. Приобщение народа, совершаемое самим о. Иоанном, продолжалось целый час, и только около двенадцати часов закончилась литургия. Благословив многих, стоящих на пути из храма в настоятельские покои, о. Иоанн принял просьбу разделить скромную трапезу с некоторыми из сослужащих ему священнослужителей и лиц светских, его почитателей. Народ в ожидании благословения о. Иоанна стоял густою толпою пред настоятельским корпусом. Пора была, казалось, дать покой дорогому гостю после его продолжительных трудов, но вера в великое значение благословения о. Иоанна побудила многих пренебречь светскими приличиями и не только просьбою, но и настоятельным требованием полиции не беспокоить батюшку. Батюшка не мог спокойно ни выпить чашки чаю, ни подкрепить себя пищею, партии пробравшихся в покои людей просили его выйти и благословить их.

Было уже три часа пополудни. Видя, что для благословения народа по одиночке нет времени, любвеобильный батюшка вышел на балкон; видимо с тайною молитвою всмотрелся он в монастырский храм, затем благословил людей, сказав им последнее прощальное благословение: «Прощайте, дорогие! Дай Бог нам вместе встретиться в будущей жизни!». Народ, облившись слезами, поклонился до земли. Прошло еще немного времени и прощальный торжественный трезвон колоколов возвестил богомольцам об отбытии из монастыря дорогого, высокаго гостя. Народ бросился на орогу проводить высокопочитаемого батюшку, но не мог уже в последний раз взглянуть в лицо его.

Всякому верующему дорого видеть великий светильник церкви православной, сияющий с далекаго севера по всему нашему православному отечеству и далеко за пределами его. Счастлив домохозяин, котораго посещает о. Иоанн, угодный Богу молитвенник и ходатай за грешное человечество. Золотыми буквами запишутся счастливые дни посещения о. Иоанном в летописи Молчанской Софрониевой пустыни. Благословенно и настоятельство игумена этой пустыни о. Павлина, удостоившагося в первый год своего настоятельства принять дорогого гостя, получить благословение на свои труды, выслушать наставления, необходимыя для руководства вверенными его попечению сотнями душ иноков.

В память своего посещения обители о. Иоанн сделал собственноручную надпись в книге: «Протоиерей Кронштадтскаго собора Иоанн Сергиев 22 августа 1903 года был в Софрониевой пустыни», посадил своими руками яблоню и грушу и благословил для посадки в день его пребывания три дуба в монастырской ограде. Дай Бог, чтобы эти деревья, как вещественные памятники посещения обители о. Иоанном, возросли в великия, сильныя и многоплодныя деревья, а с ними вместе возвеличилась благословенная великим пастырем и столпом православия и самая обитель, чтобы жизнь иноков ея текла по тому пути, которым идет ко спасению светильник веры и благочестия о. Иоанн! Да пребудет и почиет благословение батюшки и на всем нашем крае, удостоившемся видеть о. Иоанна путешествующим и молящимся за его благоденствие. Можем ли мы описать те чувства восторга, то счастье и искреннюю радость, которыя наполняли сердца богомольцев, возвращавшихся в свои родные дома, уносивших с собою благословение своим чадам и руководство для жизни? Сколько подкрепления нашей слабой вере восприняли мы при участии в молитве сего великаго молитвенника! Скольким горько плачущим отер он глаза своими словами утешения! С какой отрадой душевной услышали мы о благодатной силе молитв, о полученных исцелениях крестьянином ближайшей к обители слободы, Марком Черняковым, который более 3-х лет не мог подняться на ноги и ползал всем телом, опираясь руками. Больной особым ходом пробрался в переднюю келию, где проходил батюшка. О. Иоанн благословил больного и сказал: «Молись Богу; Бог тебя помилует и ты будешь здоров». В то же время больной почувствовал облегчение и, прибывши домой, все время чувствовал себя лучше и лучше, на третий день поднялся на ноги и стал ходить, а в настоящее время ходит и в отраде душевной благодарит Господа и своего молитвенника-благодетеля. Какое чувство отрады должна испытать виденная нами женщина, лишившаяся возможности ходить и принесенная батюшки в кресле, мать большого семейства, признанная светилами медицины неизлечимою и услышавшая от молившагося об ея исцелении батюшки такие утешительныя слова: « Твердо веруй, что есть един истинный врач – Господь Иисус Христос: Ему молись и чаще причащайся Св. Таин, врачующих наши душевные и телесные недуги». Каким целительным бальзамом должны служить для этой убитой горем женщины ласка нежно любящего человечество батюшки, выраженная в его словах: «Молись, мамочка моя, молись, дорогая, голубочка. веруй и молись». Дух ея воспрянул, она почувствовала силу, получила надежду на облегчение своего тяжкаго недуга. Вот и другой женщине, часто страдающей болью сердца, благословляя, говорит батюшка: «Сердце твое больше не будет болеть». «Благослови, родимый, и научи, как мне жить, муж бросил меня», — со слезами взывает женщина к великому наставнику. – «Молись за себя и за мужа, на твои же нужды на тебе», и сей безсребренник щедрою рукою оказывает денежную помощь семье, лишенной дневного пропитания.

Свети же, великое светило церкви православной, и просвещай светом своего учения и примером добродетельной жизни и наши души! Нам дорог твой свет особенно в наши тяжелые дни оскудения веры и благочестия. Живи, дорогой батюшка, на многие годы, своими богоугодными молитвами испрашивай нам милости у Бога. Мы же, осчастливленные тобою, укрепленные твоим благословением, утешенные твоею любовью, непрестанно будем молить Всемогущаго Бога, внушим и детям нашим, чтобы молились и они – да воздаст тебе Господь Свои неизреченныя милости, да укрепит тебя совершить твой поистине дивный и тяжелый земной путь к достижению вечных благ со святыми на небеси!

Священник Иоанн Ведринский.

Русский паломник, №№ 49-50, 1903 г.

Анонсы

Фотоальбомы